Регистрация
Забыли пароль?

Развлечения

Игры
Мультфильмы
Сказки
Раскраски
Поделки
Детские песни
Кроссворды
Пазлы
Сценарии
Разное

Присоединяйся

  • Ванькины именины


  • Ванькины именины

    Скачать сказку Дмитрия Наркисовича Мамин-Сибиряк Ванькины именины (.pdf)

     

    Бей, барабан: та-та! тра-та-та! Играйте, трубы: тру-ту! ту-ру-ру!.. Давайте сюда всю музыку, – сегодня Ванька именинник!.. Дорогие гости, милости просим… Эй, все собирайтесь сюда! Тра-та-та! Тру -ру-ру!
    Ванька похаживает в красной рубахе и приговаривает:
    – Братцы, милости просим… Угощения – сколько угодно. Суп из самых свежих щепок; котлеты из лучшего, самого чистого песку; пирожки из разноцветных бумажек; а какой чай! Из самой хорошей кипяченой воды. Милости просим… Музыка, играй!..
    Та-та! Тра-та-та! Тру-ту! Ту-оу-оу!
    Гостей набралось полна комната. Первым прилетел пузатый деревянный Волчок.
    – Жж… жж… где именинник? Жж… жж… Я очень люблю повеселиться в хорошей компании…
    Пришли две куклы. Одна – с голубыми глазами, Аня, у нее немного был попорчен носик; другая – с черными глазами, Катя, у нее недоставало одной руки. Они пришли чинно и заняли место на игрушечном диванчике.
    – Посмотрим, какое угощение у Ваньки, – заметила Аня. – Что-то уж очень хвастает. Музыка недурна, а относительно угощения я сильно сомневаюсь.
    – Ты, Аня, вечно чем-нибудь недовольна, – укорила ее Катя.
    – А ты вечно готова спорить…
    Куклы немного поспорили и даже готовы были поссориться, но в этот момент приковылял на одной ноге сильно подержанный Клоун и сейчас же их примирил.
    – Всё будет отлично, барышни! Отлично повеселимся. Конечно, у меня одной ноги недостает, но ведь Волчок и на одной ноге вон как кружится. Здравствуй, Волчок…
    – Жж… Здравствуй! Отчего это у тебя один глаз как будто подбит?
    – Пустяки… Это я свалился с дивана. Бывает и хуже.
    – Ох, как скверно бывает… Я иногда со всего разбега так стукнусь в стену, прямо головой!..
    – Хорошо, что голова-то у тебя пустая…
    – Все-таки больно. Жж… Попробуй-ка сам, так узнаешь.
    Клоун только защелкал своими медными тарелками. Он вообще был легкомысленный мужчина.
    Пришел Петрушка и привел с собой целую кучу гостей: собственную жену, Матрену Ивановну, немца доктора, Карла Иваныча, и большеносого Цыгана; а Цыган притащил с собой трехногую лошадь.
    – Ну, Ванька, принимай гостей! – весело заговорил Петрушка, щелкая себя по носу. – Один другого лучше. Одна моя Матрена Ивановна чего стоит… Очень она любит у меня чай пить, точно утка.
    – Найдем и чай, Петр Иванович, – ответил Ванька. – А мы хорошим гостям всегда рады… Садитесь, Матрена Ивановна! Карл Иванович, милости просим…
    Пришли еще Медведь с Зайцем, серенький бабушкин Козлик с Уточкой-хохлаткой, Петушок с Волком, – всем место нашлось у Ваньки.
    Последними пришли Аленушкин Башмачок и Аленушкина Метелочка. Посмотрели они – все места заняты, а Метелочка сказала:
    – Ничего, я и в уголке постою…
    А Башмачок ничего не сказал и молча залез под диван. Это был очень почтенный Башмачок, хотя и стоптанный. Его немного смущала только дырочка, которая была на самом носике. Ну, да ничего, под диваном никто не заметит.
    – Эй, музыка! – скомандовал Ванька.
    Забил барабан: тра-та! та-та! Заиграли трубы: тру-ту! И всем гостям вдруг сделалось так весело, так весело…
    II
    Праздник начался отлично. Бил барабан сам собой, играли сами трубы, жужжал Волчок, звенел своими тарелочками Клоун, а Петрушка неистово пищал. Ах, как было весело!..
    – Братцы, гуляй! – покрикивал Ванька, разглаживая свои льняные кудри.
    Аня и Катя смеялись тонкими голосками, неуклюжий Медведь танцевал с Метелочкой, серенький Козлик гулял с Уточкой-хохлаткой, Клоун кувыркался, показывая свое искусство, а доктор Карл Иванович спрашивал Матрену Ивановну:
    – Матрена Ивановна, не болит ли у вас животик?
    – Что вы, Карл Иваныч? – обижалась Матрена Ивановна. – С чего вы это взяли?..
    – А ну, покажите язык.
    – Отстаньте, пожалуйста…
    – Я здесь… – прозвенела тонким голоском серебряная Ложечка, которой Аленушка ела свою кашку.
    Она лежала до сих пор спокойно на столе, а когда доктор заговорил об языке, не утерпела и соскочила. Ведь доктор всегда при ее помощи осматривает у Аленушки язычок…
    – Ах, нет… Не нужно, – запищала Матрена Ивановна и так смешно размахивала руками, точно ветряная мельница.
    – Что же, я не навязываюсь со своими услугами, – обиделась Ложечка.
    Она даже хотела рассердиться, но в это время к ней подлетел Волчок, и они принялись танцевать. Волчок жужжал, Ложечка звенела… Даже Аленушкин Башмачок не утерпел, вылез из-под дивана и шепнул Метелочке:
    – Я вас очень люблю, Метелочка…
    Метелочка сладко закрыла глазки и только вздохнула. Она любила, чтобы ее любили.
    Ведь она всегда была такой скромной Метелочкой и никогда не важничала, как это случалось иногда с другими. Например, Матрена Ивановна или Аня и Катя,– эти милые куклы любили посмеяться над чужими недостатками: у Клоуна не хватало одной ноги, у Петрушки был длинный нос, у Карла Иваныча – лысина, Цыган походил на головешку, а всего больше доставалось имениннику Ваньке.
    – Он мужиковат немного, – говорила Катя.
    – И, кроме того, хвастун, – прибавила Аня.
    Повеселившись, все уселись за стол, и начался уже настоящий пир. Обед прошел как на настоящих именинах, хотя дело и не обошлось без маленьких недоразумений. Медведь по ошибке чуть не съел Зайчика вместо котлетки; Волчок чуть не подрался с Цыганом из-за Ложечки, – последний хотел ее украсть и уже спрятал было к себе в карман, Петр Иваныч, известный забияка, успел поссориться с женой и поссорился из-за пустяков.
    – Матрена Ивановна, успокойтесь, – уговаривал ее Карл Иваныч. – Ведь Петр Иваныч добрый… У вас, может быть, болит головка? У меня есть с собой отличные порошки…
    – Оставьте ее, доктор, – говорил Петрушка.– Это уж такая невозможная женщина… А впрочем, я ее очень люблю. Матрена Ивановна, поцелуемтесь…
    – Ура! – кричал Ванька. – Это гораздо лучше, чем ссориться. Терпеть не могу, когда люди ссорятся. Вон посмотрите…
    Но тут случилось нечто совершенно неожиданное и такое ужасное, что даже страшно сказать.
    Бил барабан: тра-та! та-та-та! Играли трубы: тру-ру! ру-ру-ру! Звенели тарелочки Клоуна, серебряным голоском смеялась Ложечка, жужжал Волчок, а развеселившийся Зайчик кричал: бо-бо-бо!.. Фарфоровая Собачка громко лаяла, резиновая Кошечка ласково мяукала, а Медведь так притоптывал ногой, что дрожал пол. Веселее всех оказался серенький бабушкин Козлик. Он, во-первых, танцевал лучше всех, а потом так смешно потряхивал своей бородой и скрипучим голосом ревел: мее-ке-ке!..
    III
    Позвольте, как всё это случилось? Очень трудно рассказать всё по порядку, потому что из участников происшествия помнил всё дело только один Аленушкин Башмачок. Он был благоразумен и вовремя успел спрятаться под диван.
    Да, так вот как было дело. Сначала пришли поздравить Ваньку деревянные Кубики… Нет, опять не так. Началось совсем не с этого. Кубики действительно пришли, но всему виной была черноглазая Катя. Она, она, – верно!.. Эта хорошенькая плутовка еще в конце обеда шепнула Ане:
    – А как ты думаешь, Аня, кто здесь всех красивее?
    Кажется, вопрос самый простой, а между тем Матрена Ивановна страшно обиделась и заявила Кате прямо:
    – Что же вы думаете, что мой Петр Иваныч урод?
    – Никто этого не думает, Матрена Ивановна, – попробовала оправдываться Катя, но было уже поздно.
    – Конечно, нос у него немного велик, – продолжала Матрена Ивановна. – Но ведь это заметно, если только смотреть на Петра Иваныча сбоку… Потом, у него дурная привычка страшно пищать и со всеми драться, но он все-таки добрый человек. А что касается ума…
    Куклы заспорили с таким азартом, что обратили на себя общее внимание. Вмешался прежде всего, конечно, Петрушка и пропищал:
    – Верно, Матрена Ивановна… Самый красивый человек здесь, конечно, я!
    Тут уже все мужчины обиделись. Помилуйте, этакий самохвал этот Петрушка! Даже слушать противно. Клоун был не мастер говорить и обиделся молча, а зато доктор Карл Иваныч сказал очень громко:
    – Значит, мы все уроды? Поздравляю, господа…
    Разом поднялся гвалт. Кричал что-то по-своему Цыган, рычал Медведь, выл Волк, кричал серенький Козлик, жужжал Волчок – одним словом, все обиделись окончательно.
    – Господа, перестаньте! – уговаривал всех Ванька. – Не обращайте внимания на Петра Иваныча… Он просто пошутил.
    Но всё было напрасно. Волновался, главным образом, Карл Иваныч. Он даже стучал кулаком по столу и кричал:
    – Господа, хорошо угощение, нечего сказать!.. Нас и в гости пригласили только за тем, чтобы назвать уродами…
    – Милостивые государыни и милостивые государи! – старался перекричать всех Ванька. – Если уж на то пошло, господа, так здесь всего один урод – это я… Теперь вы довольны?
    Потом… Позвольте, как это случилось? Да, да, вот как было дело. Карл Иваныч разгорячился окончательно и начал подступать к Петру Иванычу. Он погрозил ему пальцем и повторял:
    – Если бы я не был образованным человеком и если бы я не умел себя держать прилично в порядочном обществе, я сказал бы вам, Петр Иваныч, что вы даже весьма дурак…
    Зная драчливый характер Петрушки, Ванька хотел встать между ним и доктором, но по дороге задел кулаком по длинному носу Петрушки. Петрушке показалось, что его ударил не Ванька, а доктор… Что тут началось!.. Петрушка вцепился в доктора; сидевший в стороне Цыган ни с того ни с сего начал колотить Клоуна, Медведь с рычанием бросился на Волка, Волчок бил своей пустой головой Козлика – одним словом, вышел настоящий скандал. Куклы пищали тонкими голосами и все три со страху упали в обморок.
    – Ах, мне-дурно… – кричала Матрена Ивановна, падая с дивана.
    – Господа, что же это такое? – орал Ванька. – Господа, ведь я именинник… Господа, это, наконец, невежливо!..
    Произошла настоящая свалка, так что было уже трудно разобрать, кто кого колотит. Ванька напрасно старался разнимать дравшихся и кончил тем, что сам принялся колотить всех, кто подвертывался ему под руку, и так как он был всех сильнее, то гостям пришлось плохо.
    – Карраул!! Батюшки… ой, карраул! – орал сильнее всех Петрушка, стараясь ударить доктора побольнее…– Убили Петрушку до смерти… Карраул!..
    От свалки ушел один Башмачок, вовремя успевший спрятаться под диван. Он со страху даже глаза закрыл, а в это время за него спрятался Зайчик, тоже искавший спасения в бегстве.
    – Ты это куда лезешь? – заворчал Башмачок.
    – Молчи, а то еще услышат, и обоим достанется, – уговаривал Зайчик, выглядывая косым глазом из дырочки в носке. – Ах, какой разбойник этот Петрушка!.. Всех колотит, и сам же орет благим матом. Хорош гость, нечего сказать… А я едва убежал от Волка. Ах! Даже вспомнить страшно… А вон Уточка лежит кверху ножками. Убили бедную…
    – Ах, какой ты глупый, Зайчик: все куклы лежат в обмороке, ну, и Уточка вместе с другими.
    Дрались, дрались, долго дрались, пока Ванька не выгнал всех гостей, исключая кукол. Матрене Ивановне давно уже надоело лежать в обмороке, она открыла один глаз и спросила:
    – Господа, где я? Доктор, посмотрите, жива ли я?..
    Ей никто не отвечал, и Матрена Ивановна открыла другой глаз. В комнате было пусто, а Ванька стоял посредине и с удивлением оглядывался кругом. Очнулись Аня и Катя и тоже удивились.
    – Здесь было что-то ужасное, – говорила Катя. – Хорош именинник, нечего сказать!
    Куклы разом накинулись на Ваньку, который решительно не знал, что ему отвечать. И его кто-то бил, и он кого-то бил, а за что, про что – неизвестно.
    – Решительно не знаю, как всё это вышло, – говорил он, разводя руками. – Главное, что обидно: ведь я их всех люблю… решительно всех.
    – А мы знаем как, – отозвались из-под дивана Башмачок и Зайчик. – Мы всё видели!..
    – Да это вы виноваты! – накинулась на них Матрена Ивановна. – Конечно, вы… Заварили кашу, а сами спрятались.
    – Они, они!..– закричали в один голос Аня и Катя.
    – Ага, вон в чем дело! – обрадовался Ванька. – Убирайтесь вон, разбойники… Вы ходите по гостям только ссорить добрых людей.
    Башмачок и Зайчик едва успели выскочить в окно.
    – Вот я вас… – грозила им вслед кулаком Матрена Ивановна. – Ах, какие бывают на свете дрянные люди! Вот и Уточка скажет то же самое.
    – Да, да… – подтвердила Уточка. – Я своими глазами видела, как они спрятались под диван.
    Уточка всегда и со всеми соглашалась.
    – Нужно вернуть гостей…– продолжала Катя. – Мы еще повеселимся…
    Гости вернулись охотно. У кого был подбит глаз, кто прихрамывал; у Петрушки всего сильнее пострадал его длинный нос.
    – Ах, разбойники! – повторяли все в один голос, браня Зайчика и Башмачок. – Кто бы мог подумать?..
    – Ах, как я устал! Все руки отколотил, – жаловался Ванька. – Ну, да что поминать старое… Я не злопамятен. Эй, музыка!..
    Опять забил барабан: тра-та! та-та-та! Заиграли трубы: труту! ру-ру-ру!.. А Петрушка неистово кричал:
    – Ура, Ванька!..

     

  • Рейтинг


    Оценка: 0.0 из 5 (Всего голосов: 0)
  • Комментарии

  • Ваше имя: *


    Комментарий: *


    Введите текст на картинке: *
    нажмите чтобы изменить изображение


    * - поля обязательные для заполнения